Я хочу похудеть. Я очень хочу похудеть.

— Я хочу похудеть. Я очень хочу похудеть.
— Зачем тебе это здалось?
— Ты ничего не понимаешь. Моя душа рвётся на море, к солнцу, а я мерзок и толст.
— Ты ещё и стар.
— Да. Точно. Я супер стар.
— У тебя хорошее чувство юмора, а с ним можно быть толстым, маленьким и лысым, всё равно тебя будут любить.
— Кто? Кто меня будет любить? Разве что какая завалящая старушенция, приехавшая последний раз погреть косточки и приударить за мной, за одно между делом.
— Да и самомнения тебе не занимать. Ты прямо кинозвезда.
— Я хуже. Я кинокритик. Я аморально мыслящий толстяк.
— Тогда прекрати жрать перед сном. Не ешь пломбир вёдрами. Солёную воблу. Сладкий чай.
— Как тебе это легко говорить. Ты мой дух, ты безгрешен, а я просто тело, вместилище пороков и я хочу есть. У меня в отличии от тебя только одна жизнь.
— И ты её прожить хочешь так, чтобы все потом ахнули там на небесах.
— Отстань, да. Ты ничего не понимаешь в колбасных обрезках и в женщинах.
— Подожди. Как? Не я ли тебя познакомил на прошлой неделе с этой прекрасной феминой. Если бы не я. Она на тебя и не взглянула бы ни когда.
— Вот. Опять. Я хочу похудеть.
— Тогда делай что-то для этого.
— А ты у меня на что? Заботься о своём священном граале, а то он от ожирения того, может не протянуть долго.
— Дожили до шантажа и угроз. Куда катится мир?
— В преисподню.
— Понимал бы хоть что говоришь.
— А что мне понимать? Я вот понимаю что я хочу есть, уже глубокая ночь, я омерзительно толстый, еду на море и меня никто не любит.
— Раньше, когда ты пил, такие вопросы тебя не беспокоили.
— Раньше все женщины были красавицы. А сейчас.
— А сейчас что изменилось? Женщины остались прежними.
— Не скажи. Нету в тебе утончённости восприятия бытия. Вот ни на грош.
— Так может быть тебе рюмочку коньячку и вопрос сам собой рассосётся?
— С одной мало вероятно.
— Так давай.
— Заметь. Не я это предложил. Но отказываться великий грех.
— А как же похудеть?
— Ты бери гармошечку, а я пойду вприсядку по кругу, да со слезой, до утра, как раньше, пока петухи зарю не разбудят.
— Ты собирался на море и эта, фемина.
— Ты никогда не мог понять мою душу, никогда не ценил холодный борщ после полуночи из кастрюли и рюмку водки.
— Просто мне не нравится спать сидя в коридоре у открытого холодильника.
— Сейчас я кусочек тортика и всё. Спать.
— Вот ведь досталось же мне в этой жизни животное, ну что ты с ним будешь делать. Остаётся только Богу молиться, а он опять скажет что всё в твоих руках сын мой. Как он мне надоел, уйду я от него.
— Не уходи. Как же я без тебя? Завтра утром. Слово даю. Всю жизнь начну с белого листа. Вот чтобы мне провалиться на этом месте.
— Упал. Спит. Достал. Уйду я от него.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *