В бою

Страх разрушает дух воина. Только поняв природу страха, можно стать поистине великим Воином, познавшим бесстрашие и победы.
Признать существование страха – ещё не причина для разочарования или подавленности. Поскольку мы испытываем такой страх, то обладаем потенциальной возможностью испытывать и бесстрашие. Истинное бесстрашие – не устранение страха, а выход за пределы страха.

Для того чтобы ощутить бесстрашие, необходимо ощутить страх. Сущность трусости – это непризнание реальности страха. Страх может принимать разнообразные формы. Логически мы знаем, что не можем жить вечно, знаем, что должны умереть, и поэтому боимся; страх смерти превращает нас в камень. На другом уровне мы боимся, что не сумеем справиться с требованиями мира; этот страх выражается в виде чувства неполноценности. Мы чувствуем, что подавлены собственной жизнью; ещё более тяжелым оказывается столкновение с окружающим миром – страх и паника возникают в каждой неожиданной ситуации.

Когда нам кажется, что мы не в состоянии справиться с новой ситуацией, мы отскакиваем или сжимаемся. Иногда страх проявляется в форме беспокойства – тогда мы рисуем каракули в блокноте, хрустим пальцами или ерзаем на стуле. Мы испытываем потребность все время двигаться как мотор автомобиля, поршни которого непрерывно перемещаются вверх-вниз. Пока продолжается движение, мы чувствуем себя в безопасности; без движения мы боимся умереть на месте.

Существуют бесчисленные хитрости, которыми мы пользуемся, чтобы отвлечь ум от страха. Некоторые люди принимают успокоительные средства, другие занимаются йогой, третьи смотрят телевизор или читают журналы, четвертые отправляются в бар пить пиво… С точки зрения труса, следует избегать скуки, потому что в состоянии скуки он начинает чувствовать озабоченность. Он приближается к собственному страху – а поэтому стремится к развлечениям и избегает мыслей о смерти. То есть трусость – это попытки прожить жизнь так, как если бы смерти совсем не существовало.

В истории были периоды, когда люди искали эликсир долголетия. Но если бы такая возможность и существовала, большинство людей нашло бы её невероятно отталкивающей. И если бы им пришлось жить в этом мире тысячу лет, они, по всей вероятности, покончили бы с собой задолго до своего тысячного дня рождения. Но даже если бы вы жили вечно, то не смогли бы избежать реальности смерти и страданий в окружающем вас мире.

Необходимо признать существование страха. Мы должны понять свой страх и примириться с ним. Мы должны обратить внимание на то, как мы движемся, как разговариваем, как ведем себя, как грызем ногти, как иногда без необходимости прячем руки в карманы. Тогда мы узнаем немного о том, как страх выражается в форме беспокойства. Нам следует честно признать тот факт, что страх таится в нашей жизни – он присутствует всегда и во всем, что бы мы ни делали.

С другой стороны, признать существование страха – ещё не причина для подавленности или разочарования. Если мы испытываем страх, то обладаем потенциальной возможностью познать и бесстрашие. Истинное бесстрашие – это не устранение страха: это выход за пределы страха. К сожалению, в английском языке нет ни одного слова, обозначающего это состояние; наиболее близким термином оказывается «бесстрашие»; но мы будем подразумевать под «бесстрашием» не отсутствие страха, а состояние превыше страха.

Выход за пределы страха начинается тогда, когда мы рассматриваем его: мы изучаем свой страх, озабоченность, нервозность, беспокойство, свои тревоги. Всматриваясь в глубину страха, заглядывая под его внешнюю оболочку – нервозность, мы обнаруживаем печаль. Нервозность все время резко звучит, вибрирует. Когда мы замедляем свой темп и уменьшаем напряженность страха, на поверхность всплывает печаль, мягкая и спокойная. Печаль ударяет нас в самое сердце, и наше тело изливает слезы. Прежде чем вы заплачете, в вашей груди возникает некое чувство, а затем на глазах появляются слезы; вы готовы разразиться дождем или водопадом; вы чувствуете печаль и одиночество; но есть в этом состоянии, пожалуй, и нечто романтическое.

Это первый намек на бесстрашие, первый признак истинного воина. Вы, может быть, считаете, что, переживая состояние бесстрашия, человек слышит увертюру к Пятой симфонии Бетховена или видит огромный взрыв на небесах; но бесстрашие так не проявляется. В традиции Шамбалы открытие бесстрашия приходит в процессе работы с мягкостью человеческого сердца.

Рождение воина подобно первому появлению рогов у северного оленя. Сперва эти рога очень мягки, почти эластичны; на них растут редкие волоски. Это ещё не рога как таковые; это просто выросты, наполненные кровью. Затем, когда олень подрастает, рога становятся крепче, на них развиваются четыре, десять или даже сорок отростков. Бесстрашие в своем начале подобно этим мягким рогам: вроде бы рога как рога, но по-настоящему пользоваться ими нельзя; когда они впервые вырастают у оленя, он не знает, что с ними делать; он, должно быть, чувствует себя очень неловко, обнаружив на своей голове эти мягкие, неуклюжие выросты. Но вскоре олень начинает понимать, что рога нужны ему, что они – естественная часть его существа.

Точно таким же образом, когда у человека впервые рождается чуткое сердце воина, он может испытать чрезвычайную неловкость и неуверенность, не представляя, как относиться к этому виду бесстрашия. Но со временем, все сильнее и сильнее ощущая эту печаль, вы понимаете, что человеческие существа должны быть чуткими и открытыми. И что вам незачем стесняться и смущаться своей мягкости. И тогда ваша мягкость постепенно становится страстной. Вам хочется расшириться, коснуться других людей, общаться с ними. Когда чуткость развивается в этом направлении, вы действительно можете понять окружающий вас мир. Чувственные восприятия сильно обостряются. Вы настолько чутки, что уже не можете не раскрыться навстречу тому, что происходит вокруг вас.

Когда вы видите что-то красное, или зеленое, или желтое, или черное, вы реагируете из глубины своего сердца. Когда вы видите, как кто-то плачет, смеется или боится, вы не остаетесь равнодушными к этим переживаниям. На этом этапе ваше первоначальное бесстрашие развивается в новое состояние – вы становитесь воином. Когда вы почувствуете, как это здорово – быть мягким и скромным человеком, на оленьих рогах уже не будет нежного пушка, они станут настоящими рогами. Ситуации приобретают отчетливость и реальность, а с другой стороны – становятся вполне обычными. Страх превращается в бесстрашие, и происходит это естественно и очень просто.

Идеал заключается в том, чтобы воин был печальным и чутким; именно благодаря этому он способен проявить и настоящую храбрость. Без печали сердца храбрость оказывается хрупкой, как фарфоровая чашка: уроните её, и она треснет или разобьется. А храбрость воина подобна лакированной чаше, у которой под лаком скрывается деревянная основа; если такая чашка упадет, она подскочит, но не разобьется; покрытая слоями лака, она одновременно мягка и прочна.


Веданта говорит о четырех путях, которыми идет человек после смерти.

Во-первых, йоги, которые вели в высшей степени праведную жизнь, медитировали на Брахман и следовали различным дисциплинам йоги, попадают в Брахмалоку (приблизительно соответствующую небесам в христианстве) и уже оттуда со временем достигают освобождения, которое известно как крамамукти или постепенное освобождение.

Во-вторых, приверженцы ритуалов и филантропы, питающие желание к плодам своего служения и благотворительности, отправляются после смерти в Чандралоку или лунную сферу. После наслаждения безграничным счастьем и результатами плодов благих действий они возвращаются обратно на землю, так как все еще желают мирского счастья. В индуизме таких людей называют богами или божествами.

В-третьих, те, кто совершает запрещенные религией действия, после смерти принимают нечеловеческие тела и пребывают в том месте, которое обычно известно как ад. Они снова перерождаются на земле после искупления порочных действий. В четвертых, люди, которые совершают совсем гнусные деяния, проводят много рождений, находясь в форме таких незначительных существ, как комары и мухи.

Веданта представляет следующую теорию по отношению к вселенной и ее планам и сферам: различные сферы являются производной от разных уровней материи и энергии, или, согласно философии санкхьи, акаши и праны. Самой низшей и наиболее плотной является солнечная сфера, состоящая из видимой вселенной, в которой прана проявляется как физическая сила и акаша как материя, постигаемая органами чувств. Следующей является лунная сфера, окружающая солнечную сферу. Однако она представляет собой вовсе не физическую луну, а место обитания богов. В этой сфере прана существует в виде психической силы и акаша — в виде танматр или тонких, зачаточных элементов.

Вне этой сферы находится электрическая сфера, т.е. такое состояние, в котором прана практически неотделима от акаши; здесь с трудом можно сказать, является электричество силой или материей. Следом за ней идет Брахмалока, в которой прана и акаша существуют отдельно друг от друга и погружены в вещество ума или изначальную энергию. В отсутствии праны и акаши джива или индивидуальная душа созерцает вселенную как итог космического разума. Здесь джива существует как пуруша или всеобщая душа, которая не является Абсолютом, так как все еще остается множественность. Впоследствии из этой сферы джива находит путь к Единству, которое является целью земной эволюции.

Согласно недвойственной веданте эти сферы представляют собой только видения, последовательно возникающие перед душой, которая сама по себе остается на месте. Чувственный мир, в котором пребывает человек, также является видением. Во время космического растворения эти видения постепенно исчезают, плотное погружается в тонкое. Цель индийских философов при рассмотрении космологии состоит в пробуждении в сердце человека духа отрешенности (бесстрастности) от относительной вселенной. Переживание счастья на различных планах или сферах после смерти является временным.

Обитатели этих планов возвращаются на землю и снова начинают жизнь, полную боли и страдания. Даже наиболее счастливые жители Брахмалоки должны долго ждать до тех пор, пока они не достигнут полного освобождения. С другой стороны, самопознание, которого может достичь каждый человек, дарует его обладателю освобождение в этой жизни. Он не должен ждать будущего, чтобы попробовать блаженство бессмертия. Целью человеческой жизни является достижение освобождения через самопознание, находясь в физическом теле. Для того, чтобы пробудить человека к борьбе за самопознание и освобождение в этом мире, индийские священные писания повествуют о различных циклах, планах и сферах, а также о разных путях, открытых его душе после смерти.

Тот человек, который достиг самопознания, не следует ни по одному из вышеупомянутых четырех путей. Наделенный самопознанием, он достигает освобождения в этой жизни. Его душа не уходит ни в одну из сфер, потому что она постигла свою идентичность со всепроникающим Сознанием… Все живые существа без исключения достигнут самопознания и освобождения.

Воплощение души — непрерывный процесс — эволюция — страх смерти — закон сохранения времени и движения — эра Водолея — принцип Колеса — страдание — вопросы экзистенции.

Если Творец и вправду добрый и любящий, терпеливый и милосердный, почему же миллионы честных людей живут в невероятных страданиях, а злодеи и преступники процветают и наслаждаются полнейшей свободой? Это один из древнейших вопросов человечества. Ответ на него можно понять используя аналогию с колесом.

Ивритское выражение «гилгул нешамот» (дословный перевод — «круговращение душ») происходит от слова — галгал (буквально: колесо, круг, орбита) — орбита души. Это гигантское метафизическое колесо, на ободе которого расположены души наподобие звезд в галактиках. Мы должны его себе представить, что бы понять почему «есть праведник, которому плохо, и злодей, которому хорошо». Перевоплощение душ — также вечно вращающееся колесо: с каждым его оборотом души уходят и возвращаются вновь, в круговращении рождения, развития, смерти и вновь — рождения. Тот же процесс повторяется в течение каждой отдельной жизни. Рождение, развитие клеток, отцовство, плоть рождает новую плоть — так создается телесная непрерывность всего живого. Отец передает дальше свое семя во имя продолжения, которому нет конца.

Понимая, что процесс продолжения на физическом уровне — это ключ к истинным причинам явлений, мы получаем понятие о бесконечном продолжении реальности вообще. Тот кто задумывается над этим, обнаружит, что многие явления принимаются нами за истину без того, чтобы проверить их.

Физическое развитие всегда направлено от простого к сложному. На одном конце органического развития существует отдельная клетка с относительно простой структурой. На другом конце — бесконечно сложное тело, в котором миллионы клеток объединены в органы, сложнейшую нервную систему и мозговую ткань. Каждому школьнику знаком этот процесс, в котором белок и ткани рождаются, существуют и гибнут. Возможность реакции мозга младенца невелика, но по мере роста активности мозга увеличивается. Это происходит не только потому, что увеличивается размер мозга, а также потому, что совершенствуется инструмент, именуемый «сознание». К старости мозг теряет остроту реакции, и физические возможности тела ослабевают. Со смертью инструмент разрушается, сознание не может больше выразить себя физически. Но это не означает, что душа или даже сознание исчезают навсегда. Продолжающееся развитие — центральная мысль в идее о перевоплощении душ.

Один из великих парадоксов восприятия нами действительности заключается в том, что мы понимаем неизбежность смерти и вместе с тем боимся ее. Одни физические тела гибнут во имя спасения других. Эта война является результатом усилий по улучшению условий жизни, но из опыта мы знаем, что всякое такое улучшение достигается за счет новых жертв. Минералы разлагаются на составные части, чтобы поставлять пищу растениям, растения являются пищей животных, а животные идут в пищу человеку. С физической точки зрения, природа немногим отличается от гигантского морга. Если выводом из этого будет утверждение, что природа не придает никакого значения физическому телу, не беспокоясь о его существовании, то возникает сомнение, есть ли во всем мире какая-то цель.

И вместе с тем можно доказать, что во вселенной есть некая сила, которая заботится о бесконечном продолжении. У роста, как и у колеса, нет конца и начала. Поэтому утверждать, что у жизни есть начало и конец, это все равно, что видеть одно дерево в лесу и утверждать, что кроме него вокруг вообще нет деревьев. Проблема возникает оттого, что мы теряемся перед бесконечностью времени и движения. В жизни все без исключения действует как колесо. С нашего наблюдательного пункта на нем мы способны видеть что-либо, кроме нашего теперешнего существования и понять, что с каждым возвращением на землю приобретаем опыт, проходим разные ступени развития, подробно развитию ребенка.

В древней истории создавались примитивные общества, которые развивались, становились зрелыми, проходя путь от основ цивилизации к тому, что можно назвать «цивилизацией моральной». Все приобретения человечества — это продолжающееся развитие, опыт, который полностью можно охватить только через призму перевоплощения душ. Мы развиваемся беспрерывно от натуральных обществ к урбанистическим, от войны к миру и снова к войне, но мы не способны видеть что-либо за пределами своего места на «ободе» колеса. Мы бессознательно воспринимаем движение этого колеса, которое по сути, определяет нашу жизнь, без того, чтобы задуматься над целью этого движения.

Но начинается новая эпоха и все должно измениться. Со вступлением в ЭРУ Водолея каждый человек сможет изучать Каббалу. Мощное излучение света, исходящего от наших мудрецов, позволяет выйти из тьмы к обновленному знанию вечного движения Вселенной. И если мы захотим, то сумеем понять, что такое душа, проходящая процесс круговращения, неограниченный временем или отдельным определенным телом.

Эпоха Водолея — это эпоха Просвещения, и даже сомневающиеся смогут понять , что знания, почерпнутые в предыдущей жизни, сопровождают нас сегодня. Можно осмелиться и добавить, что люди, овладевшие этими знаниями в прошлом, пришли в эту жизнь с опытом, которым хотят поделиться с нами.

Для того чтобы это сделать, необходимо новое и более совершенное зрение. Четыре времени года воспринимаются старым зрением неизменными. Разве жизнь не подобна самой себе в прошлом году? Разве четыре времени года не являются согласно той же программе, определенной заранее? Тот, кто не может из опасения невежества, постичь возможность «круговращения душ» отрицает вообще принцип круговорота во всех формах жизни, существующих на Земле.

Самыми распространенными причинами человеческого страдания остаются болезнь и старость. Несмотря на достигнутый прогресс науки, мы ни на йоту не сумели пошатнуть непоколебимую и жестокую власть этих двух злодеев. Пожар, наводнение, болезни, катастрофы — лишь внешние угрозы нашему покою, счастью и благополучию. Внутри общества продолжается постоянная борьба против эгоизма, глупости, легкомыслия, ханжества и корыстолюбия — всех этих неистощающихся источников боли. Между мгновениями отчаянья проскальзывают вспышки душевного подъема и надежды на то, что в основе всего лежит любовь, гармония и понимание. Колесо продолжает вращаться, а мы остаемся погруженными в нашу борьбу, в паутине замешательства и путаницы, вечно вопрощающие самих себя — какова цель? Кто я? Почему я здесь? До тех пор, пока не будут найдены ответы на эти основные вопросы нашего существования, все остальные вопросы нашего существования будут повисать в воздухе без ответа. Пока мы не примем причин страдания самого незначительного существа на Земле — мы не поймем ничего и наше философское понимание жизни будет оставаться неполным.

На протяжении веков человек искал нечто за пределами самого себя, за пределами материального благополучия, — то, что мы называем Истиной, или Богом, или Реальностью, — состояние за пределами времени — нечто недоступное влиянию обстоятельств, мыслей или человеческой развращенности. И человек всегда задавал вопрос, — каков смысл всего этого, имеет ли жизнь вообще какой-либо смысл? Наблюдая чудовищные смятения жизни, мятежи, войны, нескончаемые разделения на почве религий, идеологий, национальных проблем и ощущая глубокое разочарование, чувство полного крушения, он спрашивает, что ему делать, что представляет собой то, что мы называем жизнью, и есть ли что-либо за нею.

Не находя это нечто под тысячью наименований, которое он всегда искал, человек культивировал веру, веру в спасителя, идеал, а вера неизбежно порождала насилие. В этой постоянной борьбе, которую мы называем жизнью, мы пытаемся установить некий кодекс поведения, соответствующий обществу, в котором мы воспитаны, будь то коммунистическое общество или так называемое «свободное общество». Мы придерживаемся определенного стандарта поведения, являющегося частью нашей традиции как индуистов, мусульман, христиан или какой-либо еще. Мы ищем того, кто сказал бы нам, какое поведение правильное или неправильное, какая мысль верна или не верна, и в следовании этому образцу наше поведение и наше мышление становится механическим, наша реакция автоматической. Мы можем очень легко наблюдать это в самих себе.

На протяжении столетий мы нуждались в постоянной опеке наших учителей, нашего авторитета, наших книг, наших святых. Мы говорим: «Расскажите мне о том, что лежит за этими холмами и горами, этой землей». И мы удовлетворяемся полученными описаниями. Это означает, что мы живем со слов, наша жизнь поверхностна и пуста, мы люди «со вторых рук». Мы живем так, как нам говорят, либо следуем нашим склонностям, нашим стремлениям, либо подчиняемся обстоятельствам и окружающей среде. Мы — результат всякого рода влияний, и в нас нет ничего нового, ничего, что мы раскрыли сами, ничего оригинального, чистого, светлого.

На протяжении всей истории идеологи и религиозные лидеры заверяли нас, что если мы будем совершать определенные ритуалы, повторять определенные молитвы или мантры, приспосабливаться к определенным образцам, подавлять наши желания, контролировать наши мысли, делать возвышенными наши страсти, ограничивать наши аппетиты и воздерживаться от потакания сексуальным потребностям, тогда мы, истерзав в достаточной мере свой ум и тело, найдем нечто за пределами этой короткой жизни. И это то, что делали миллионы так называемых религиозных людей на протяжении веков, либо в одиночестве, уходя в пустыню, в горы, в пещеры, странствуя от деревни к деревне с кружкой нищего, либо объединившись в группу, уйдя в монастырь, принуждая свои умы приспосабливаться к установленному образцу. Но измученный, сломленный ум, ум, который хочет бежать от всякой суеты, который отрекся от внешнего мира и сделался тупым из-за дисциплины и приспособлений, — такой ум, как бы долго он ни искал, найдет лишь то, что соответствует его собственным искажениям.

Итак, чтобы открыть, существует ли в действительности нечто за пределами этой тревожной, полной страха и соперничества жизни, необходим, как мне представляется, совершенно иной подход. Традиционный подход предполагает движение от периферии внутрь, к центру, с тем чтобы со временем, в результате практики отречения постепенно прийти к этому внутреннему цветению, к этой внутренней красоте и любви, — фактически же при таком подходе делается все, чтобы стать ограниченным, мелким и ничтожным; когда, постепенно очищаясь, снимая с себя один слой за другим, полагаясь на время и считая, что желаемое можно осуществить завтра, осуществить в следующей жизни, человек наконец приближается к этому центру, он обнаруживает, что там нет ничего, потому что ум сделался неспособным, тупым и нечувствительным.

Наблюдая этот процесс, спрашиваешь себя, а не существует ли совершенно иной подход, то есть не является ли возможным рывок от центра?

Мир принимает традиционный подход и следует ему. Первой причиной беспорядка в нас самих является поиск реальности, обещанной кем-то другим. Мы механически следуем за кем-то, кто гарантирует нам удобную духовную жизнь. Самое невероятное — это то, что хотя большинство из нас противится политической тирании и диктатуре, мы внутренне принимаем авторитет и тиранию, позволяя кому-то другому калечить наши умы и наш жизненный путь. Но если мы полностью, не интеллектуально, а фактически отбросим всякий так называемый духовный авторитет, все церемонии, ритуалы и догмы, — а это означает оказаться в одиночестве, в конфликте с обществом, — мы перестанем быть респектабельными людьми. Респектабельный человек не может приблизиться к этой беспредельной, неизмеримой реальности.

Вот, предположим, вы начинаете с отрицания чего-то абсолютно ложного — традиционного подхода, — тогда, если ваше отрицание — только реакция, вы создадите лишь другой шаблон, который будет только ловушкой, если вы будете только уверять себя интеллектуально, что это отрицание — очень хорошая идея, но ничего не предпримете, вы нисколько не продвинетесь вперед. Если же вы отрицаете этот подход потому, что понимаете его нелепость и незрелость, если вы отбрасываете его потому, что вы свободны и не испытываете страха, если вы отвергаете его сокрушающим разумом, вы создаете в себе и вокруг себя большое волнение, но вы выходите из ловушки респектабельности. Тогда вы обнаруживаете, что вы больше не ищете. Вот первое, чему вы научились — не искать. Когда вы ведете поиск, вы, фактически, просто разглядываете витрины.

Вопрос, существует ли Бог, истинная реальность или как бы вы это ни назвали, никогда не может быть разрешен с помощью книг, священнослужителей или философов и спасителей. Ничто и никто не может ответить на этот вопрос, кроме вас самих. Именно поэтому вы должны познать себя. Незрелость состоит лишь в полном незнании самого себя. Понимание себя — начало мудрости.

А что представляете собой вы сами, что такое ваша индивидуальность? Я думаю, есть различие между человеком и индивидуумом. Индивидуум — это локальная сущность, живущая в определенной стране, принадлежащая к определенной культуре, к определенному обществу, к определенной религии. Человек не локальная сущность — он везде. Если индивидуум действует только в отдельном уголке обширного поля жизни, то его деятельность совершенно не соотносится с целым. Таким образом, надо помнить, что мы говорим о целом, а не о какой-то части, потому что большее включает меньшее, тогда как в меньшем большее не содержится. Индивидуум — это маленькая, несчастная, терпящая неудачи сущность, удовлетворяющаяся своими богами и узкими традициями, тогда как человек озабочен всеобщим благом, всеобщим страданием и всеобщим смятением в мире.

Мы — люди — остались такими же, какими были на протяжении миллионов лет, — бесконечно жадными, завистливыми и агрессивными, подозрительными, полными тревог и отчаяния, со случайными вспышками радости и любви. Мы — страшная смесь ненависти, страха и доброты, насилие и мир одновременно. Внешне достигнут большой прогресс — от повозки, запряженной волами, до реактивного самолета, но психологически индивидуум все же не изменился, а структура общества всюду в мире создана индивидуумами. Внешняя социальная структура — результат внутренней психологической структуры наших человеческих отношений, так как индивидуум — результат совокупного опыта, знаний и поведения человека, каждый из нас — это склад всего прошлом. Индивидуум — это человек, который представляет собой все человечество; вся история человека записана в нас.

Проследите, что в действительности происходит внутри и вне нас и в этой построенной на конкуренции культуре, в которой вы живете, с ее требованием власти, положения, престижа, успеха и всего прочего, вдумайтесь в достижения, которыми вы так гордитесь, исследуйте всю ту сферу, которую вы называете жизнью, с конфликтом во всех формах отношений, с ненавистью, враждой, жестокостью и нескончаемыми войнами. Эта сфера, эта жизнь есть все, что мы знаем, и, будучи не в состоянии понять эту чудовищную борьбу за существование, мы, естественно, испытываем перед ней страх, ищем спасение в бегстве от нее любыми возможными способами. Мы испытываем также страх перед неизвестным, боимся смерти, боимся того, что лежит по ту сторону завтрашнего дня. Таким образом, мы боимся и известного и неизвестного. Такова наша повседневная жизнь; в ней нет надежды, поэтому любая разновидность философии, любая идеологическая теория являются путем бегства от действительности, от того, что есть.

Все внешние формы, перемены, возникающие в результате войн, революций, реформ, законов и идеологий, потерпели полный крах и не изменили основной природы человека и, следовательно, общества. Как люди, живущие в этом чудовищно уродливом мире, давайте зададим себе вопрос, может ли это общество, основанное на конкуренции, жестокости и страхе, прийти к концу? Может ли это быть не интеллектуальной концепцией, не одной лишь надеждой, но действительным фактом? Я думаю, это может произойти только если каждый из нас осознает, что мы как индивидуумы, как люди, в какой бы части света мы ни жили, к какой бы культуре мы ни принадлежали, являемся полностью ответственными за состояние, в котором находится мир.

Мы, каждый из нас, несем ответственность за каждую войну, по причине агрессивности наших собственных желаний, по причине нашего национализма, нашего эгоизма, наших богов, наших предрассудков, наших идеалов, всего, что разделяет нас. И только когда мы осознаем не интеллектуально, а фактически, так же, как мы осознаем действительный факт или ощущение боли, — что вы и я ответственны за весь этот существующий хаос, за все страдания во всем мире, так как мы внесли в это вклад нашей повседневной жизнью, являемся частью этого чудовищного общества, с его войнами, разделением, с его уродливостью, жестокостью и жадностью — только когда мы действительно это поймем, мы будем действовать.

Но что может сделать человек? Что можем сделать мы с вами, чтобы создать совершенно иное общество? Мы задаем себе очень серьезный вопрос. Существует ли вообще что-то, что может быть сделано? Скажет ли нам это кто-нибудь? Так называемые духовные вожди, которые, как полагают, понимают эти вещи лучше нас, говорили об этом, стараясь повернуть нас и втиснуть в новый шаблон, что увело нас не слишком далеко; искушенные ученые люди творили нам, но и это не продвинуло нас дальше. Нам говорили, что все пути ведут к истине: у индуиста — свой путь, у кого-то другого, как, например, у христианина или мусульманина, — свой, и что все они встречаются у одной и той же двери. Но это, если внимательно рассмотреть, окажется совершенным абсурдом. К истине нет пути. В этом красота Истины. Она живая. К неживой вещи путь имеется, потому что она неподвижна. Но когда вы видите, что истина — нечто совершенно живое, движущееся, никогда не стоящее на месте, что она никогда не пребывает ни в храме, ни в мечети, ни в церкви, и что никто, ни религия, ни учитель, ни философ не может вести вас к ней — тогда вы также увидите, что это живое нечто есть то, чем вы в действительности являетесь: ваше отчаяние, ваша боль и скорбь, в которых вы живете. В понимании всего этого вы знаете, как смотреть на эти вещи в вашей жизни. Но нельзя смотреть сквозь идеологию, сквозь экран слов, сквозь надежды и страхи.

Итак, вы видите, что вам не следует зависеть от кого бы то ни было, что нет ни лидера, ни учителя, ни авторитета, а есть только вы, ваши отношения с другими и с миром — ничего другого не существует. Когда вы осознаете это, приходит либо глубокое отчаяние, порождающее цинизм и горечь, либо, если вы встречаете лицом к лицу тот факт, что никто другой, а только вы ответственны за мир и за себя, за то, что вы думаете, что вы чувствуете, как вы поступаете, — вся жалость к себе уходит. Мы обычно стремимся обвинить других, но это форма жалости к себе.

Итак, можем ли мы, вы и я, произвести в себе без всякого воздействия извне, без какой-либо веры, без страха наказания, можем ли мы произвести в самой основе нашего существа тотальную революцию, психологическую мутацию; так, чтобы вы перестали быть жестокими, способными на насилие, соперничество, чтобы вы перестали испытывать тревогу, страх, жадность, зависть и все прочие проявления нашей натуры, создавшей это прогнившее общество, в котором протекает наша повседневная жизнь?

Важно с самого начала понять, что я не предлагаю какой-либо философии или структуры идеологических концепций. Мне кажется, что идеологии вообще лишены всякого смысла. Важна не философия жизни, а наблюдение того, что в нашей повседневной жизни действительно происходит, внутренне и внешне. Если вы очень внимательно будете наблюдать, что происходит, и исследовать это, вы убедитесь, что все основывается на интеллектуальном представлении. Но интеллект не заключает в себе всей сферы жизни — это фрагмент, и как бы умно он ни был организован, каким бы древним и традиционным он ни был — это всего лишь малая часть существования, в то время как мы имеем дело со всей целостностью жизни. И когда мы вглядываемся в то, что происходит в мире, мы начинаем понимать, что не существует внутреннего и внешнего процесса. Существует лишь единый процесс — целостное тотальное движение. Внутреннее также воздействует на внешнее. Мне представляется, что быть способным смотреть — это все, что требуется, потому что если мы знаем, как смотреть, то все становится очень ясным, а для того, чтобы смотреть, не нужны ни философия, ни учитель. Никто не нужен, чтобы сказать вам, как смотреть. Вы просто смотрите.

Можете ли вы тогда, видя эту целостную истину, понимая ее не на уровне слов, а фактически, можете ли вы легко и спонтанно измениться? Вот реальный вопрос. Возможно ли осуществить революцию в психике?

Я хотел бы знать, какова ваша реакция на такой вопрос. Вы можете сказать: «Я не хочу измениться», и большинство людей не хотят этого, особенно те, кто благополучны в социальном или экономическом отношении или придерживаются догматических убеждений и склонны принимать себя и вещи лишь в существующем или несколько модифицированном виде. Этих людей мы не касаемся. Или вы можете сказать более уклончиво: «Это слишком трудно, это не для меня». В этом случае вы уже блокировали себя. Вы перестали спрашивать, и бесполезно идти дальше. Или вы можете сказать: «Я понимаю необходимость радикальной внутренней перемены во мне, но как мне это осуществить? Укажите мне путь, помогите мне в этом». Если вы так говорите, значит вас отнюдь не интересует перемена в вас самих. Вы фактически не заинтересованы в радикальной революции, вы просто ищете метод, систему, которые произвели бы перемену.

Если бы я был достаточно неразумен, чтобы дать вам систему, и если бы вы были достаточно неразумны, чтобы ей следовать, вы бы только копировали, подражали, приспосабливались, соглашались, а когда вы так поступаете, вы устанавливаете для себя авторитет кого-то другого и, следовательно, имеет место конфликт между вами и этим авторитетом. Вы чувствуете, что должны поступать так, как вам говорят, и тем не менее вы не в состоянии это сделать. У вас ваши собственные особые наклонности, тенденции и затрудняющие обстоятельства, которые вступают в конфликт с системой, принятой вами, и поэтому возникает противоречие. Таким образом, вы будете вести двойную жизнь между идеологией системы и действительностью вашей повседневной жизни. Пытаясь приспосабливаться к идеологии, вы подавляете себя, тогда как в действительности истинна не идеология, а то, что вы есть.

Если вы пытаетесь изучить себя со слов другого, вы всегда остаетесь человеком «мыслящим». Человек, который говорит: «Я хочу измениться, скажите мне, как это сделать», — кажется очень искренним и очень серьезным, но он не таков. Ему нужен авторитет, который, как он надеется, создаст порядок в нем самом. Но может ли авторитет когда-либо создать в нас внутренний порядок? Порядок, наводимый извне, всегда порождает беспорядок. Вы можете увидеть истину этого интеллектуально, но можете ли вы действительно воспринять это так, чтобы ваш ум больше не проецировал никакого авторитета, авторитета книги, учителя, жены или мужа, родителя, друга или общества? Ведь мы всегда действовали в соответствии с образцом некой формулировки, формулировка превращалась в идеологию и авторитет; но в тот момент, когда вы действительно поймете, что вопрос «как мне измениться?» порождает новый авторитет, — вы покончите с авторитетом навсегда.

Давайте скажем это более ясно: «Я понял, что должен измениться. Полностью, до самых корней моего существа; я не могу больше зависеть от какой-либо традиции, ибо традиция привела к возникновению этой великой лени, примирению и покорности. Я не имею возможности надеяться на другого, что он поможет мне измениться, будь это учитель или бог, верование, система, внешнее давление или воздействие». Что тогда произойдет?

Продолжение читать далее: В бою. Продолжение

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *